Частные археологические коллекции: благо или бич для науки и общества?

Археологические предметы уже давно стали товаром, при этом они относительно доступны, а их стоимость – даже изделий не из драгоценных металлов – высока. По данным Интерпола торговля археологическими находками по своей прибыльности может сравниться с торговлей оружием или наркотиками. Если обратиться к цифрам, можно увидеть, что только коллекционеры из США на приобретение предметов старины ежегодно тратят 10–12 млрд долларов! А за последнее десятилетие спрос на культурные ценности многократно возрос и цены на них поднялись не менее чем в 8–10 раз.

Оттого такая прибыльная сфера не может не быть привлекательной и в нашей стране в том числе. Поэтому появление частных коллекционеров можно считать закономерным процессом. В какой-то момент некоторые представители бизнес-элиты осознали реальную значимость древних изделий, способных обеспечить надежное и, главное, выгодное капиталовложение. Ведь древняя вещь своей цены не утратит, наоборот, ее  стоимость может многократно возрасти. Более того, при таком вложении капитала возникает перспектива повышения социального статуса коллекционера, а в некоторых случаях коллекция – залог вхождения в высшие слои общества и возможность «легализации» некоторой части своего капитала…

Как видим, коллекционирование – весьма привлекательное занятие, тем более что Украина располагает многообразным и ярким археологическим наследием. Богато орнаментированная керамика и статуэтки трипольской культуры,  изделия, выполненные в  скифском зверином стиле, античные предметы, элементы вооружения различных эпох – все это и многое другое по своему внешнему виду и эстетике мало в чем уступают древностям Китая, Индии, Ближнего и Среднего Востока, Египта и т. п., которые пользуются повышенным спросом на ведущих аукционах мира.

Проблема общественного восприятия

На сегодняшний день коллекционирование в целом воспринимается обществом как положительное явление. Очень часто во многих СМИ коллекционная деятельность изображается как  явление благородное, заслуживающие поощрения и поддержки. Коллекционирование изображается как возвышенный труд, направленный на сохранение и популяризацию исторического наследия. Сами коллекционеры предпочитают себя позиционировать как благородных меценатов, которые являются почитателями, спасителями и хранителями археологических древностей. Они-де заполняют своей деятельностью ту нишу, которая помогает сохранить яркие образчики старины, что не всегда в состоянии сделать государство. И, надо сказать, в целом бОльшая часть общества соглашается с такими доводами. В этом не последнюю роль играет устоявшееся среди людей мнение, что безразличное к населению государство якобы присвоило себе исключительное право на археологические древности, которые принадлежат всему народу. Поэтому коллекционерам легко представить свою деятельность как заботу об общественном достоянии. Государство же предстает как нерадивый собственник, который не в состоянии обеспечить надежную сохранность археологическому наследию и чья монополия только вредит.

Мы видим, что общественное мнение на стороне коллекционеров. И это играет немаловажную, если не определяющую роль. В таких условиях даже внедрение действенного государственного регулирования коллекционной деятельности не даст желаемого результата. А пока археология у большей части населения, к сожалению, продолжает ассоциироваться с голливудскими фильмами об Индиане Джонсе, Ларе Крофт и иже с ними. В этом отношении очень красноречиво появление на публике жены бывшего президента Украины в золотых украшениях из частной коллекции С. Платонова. Справедливую оценку этому событию дал археолог Эльке Кайзер, доктор философии Независимого университета Германии, стипендиат фонда А. Гумбольта в Украине: «Это свидетельствует о дефиците знаний касательно ценности археологических предметов и памятников, как минимум среди части элиты общества. Учитывая данный факт, осмелюсь предположить, что такое «незнание» распространяется и на подавляющее большинство всего населения Украины».

Проблема законодательного урегулирования

До недавнего времени вопросы охраны археологического наследия регулировались двумя законами – «Об охране культурного наследия» (2000 г.) и «Об охране археологического наследия» (2004 г.). Однако ни в одном из этих документов юридический статус коллекционеров так и не был определен. Таким образом, коллекционирование не разрешалось, но и не запрещалось, что ставило коллекционеров вне правового поля. И такая ситуация вполне устраивала последних т. к. это позволяло им свободно, без оглядки на законодательство, пополнять свои коллекции. А это, в свою очередь, породило существенный спрос на археологические находки. Как известно, вещи подобной категории легально приобрести весьма непросто, тем более в большом количестве.  Соответственно, удовлетворить этот спрос могла только «черная археология», что она с успехом и делала на протяжении всех лет независимости. Рассказывает директор Института археологии НАН Украины Петр Толочко: «После развала Союза богачи фактически поделили между собой рынок старинных предметов. Одни стали собирать монеты, другие – предметы Трипольской культуры, третьи – античность. Купить эти вещи можно было только у «черных археологов». А раз появился спрос, то появилось и предложение». Лишь в последнее время государство предприняло некоторые шаги в разрешении сложившегося положения. В декабре 2010 г. эту проблему затронул президент Виктор Янукович. Открывая заседание Общественного гуманитарного совета, он произнес следующее: «Растущие аппетиты некоторых коллекционеров к бесценным старинным вещам привели к возникновению мощного черного рынка незаконной торговли культурными ценностями. Государство должно прекратить мириться с этим. Мы обязаны принять меры по соблюдению требований международных актов и на законодательном уровне пресечь нелегальный оборот и коллекционирование археологических находок». А уже во второй половине 2011 года Министерство культуры совместно с Администрацией президента разработали соответствующий законопроект – «О национальном культурном наследии». Невзирая на его серьезную критику, несомненно положительным является само стремление государства урегулировать коллекционную деятельность в стране.

Критикуя законопроект – наряду с указаниями ряда неувязок и несогласованностей (например, нет четкого определения некоторых терминов, отсутствует классификация объектов культурного наследия и т. д.), СМИ частенько пеняют новому проекту закона то, что он своей категоричностью делает фактически невозможным частное коллекционирование, вместо того чтобы, наоборот, поощрять его введением налоговых льгот и т. п. Связано это с ныне бытующим мнением, что легализация коллекционной деятельности будет способствовать разрешению целого ряда проблем охраны археологического наследия. Но действенность подобного шага представляется сомнительной. В качестве примера можно привести Грецию. Там на протяжении длительного времени поощряли и разрешали частные собрания в пределах страны, считая, что такая практика будет спасать археологические ценности от вывоза за границу. Со временем специальный мониторинг содержания известных частных коллекций и выставок показал безвозвратную потерю для науки целых классов предметов разных периодов. Например, для обеспечения частных коллекций мраморными статуэтками бронзового века из Киклад было уничтожено 85 % (!) могильников. Легализация частных археологических коллекций нанесла Греции не меньший урон, чем действия непосредственно контрабандистов и  «черных археологов».  Более того, в целом частное археологическое коллекционирование – дело весьма щепетильное и непростое в правовом аспекте. В мире практически нет крупных частных археологических коллекций.

Темная сторона частных коллекций

Во-первых, сомнительна сама легальность таких коллекций (или их части). Коллекционеры зачастую затрудняются ответить как та или иная вещь попала к ним в руки. Украинские археологические коллекции существуют сравнительно мало времени, но при этом их наполненность воистину впечатляет. Самая крупная частная коллекция археологических предметов «Платар», принадлежащая семьям Платоновых и Тарут (Сергей Платонов умер 2005 году в возрасте 58 лет, после чего коллекцию хранит украинский предприниматель Сергей Тарута, председатель совета директоров металлургической компании «Индустриальный союз Донбасса»), насчитывает несколько тысяч предметов старины стоимостью в десятки миллионов долларов. Вот как про это собрание отзывается известный археолог, профессор Пенсильванского университета А. Лесков: «Согласно с опубликованными каталогами (где, как известно, выкладываются далеко не все вещи), «Платар» по количеству и богатству своих экспонатов превышает известную коллекцию семьи Ханенко XIX – нач. XX вв., и это при том, что она создавалась в условиях многовековой частной собственности на землю, когда законы (в отличие от нынешнего времени) практически на препятствовали самовольным непрофессиональным раскопкам и покупке найденных артефактов».

Во-вторых, большинство экспонатов частных коллекций не паспортиризованы, отсутствует информация о месте и обстоятельствах находки того или иного предмета.  Это фактически уничтожает артефакт для науки. Такой предмет – все равно что вырванная страница. Без необходимой сопутствующей информации (характер культурного слоя, в котором изделие было найдено; уровень залегания относительно дневной поверхности; предметы, которые были найдены вместе с изделием) красивый сосуд так и останется всего лишь красивым сосудом, а его научная ценность будет стремиться к нулю. Предмет, который мог бы дать массу нужной и интересной информации о жизни древних эпох, превращается в просто красивый элемент интерьера.

В-третьих, частные археологические коллекции являются главными потребителями труда «черных археологов». Малого того, что поставляемый яркий материал утрачивает  большую часть своей научной значимости, так еще в процессе таких нелегальных «копок» разрушается культурный слой археологических памятников, уничтожаются целые археологические комплексы, что наносит двойной урон археологии.

Таким образом, Украина требует  разработки четкой системы охраны археологического наследия и участия специалистов в разработке соответствующего законодательства. Об этом также говорит уже упомянутый выше Петр Толочко: «В стране нет государственной системы охраны памятников истории. Есть закон, а системы нет. Отсутствует орган, который не только бы отвечал за охрану, но и был бы в этом заинтересован. Ведь грабят памятники зачастую просто в открытую. В Херсонской области были случаи, когда на курганы загоняли бульдозеры и полностью снимали насыпь. И это – при специально нанятой охране!».

Под какими бы звучными и красивыми лозунгами ни создавались частные археологические коллекции и ни проводились бы выставки, положение дел вынуждает рассматривать их как наглядные свидетельства существования вУкраине развитой системы нелегальной торговли древностями.  Формирование «черной археологии», рынка купли-продажи древних изделий и их коллекционирование взаимозависимы, невозможны друг без друга. Поэтому определение правового статуса частных археологических коллекций является насущной задачей в деле охраны археологического наследия Украины.

Дмитрий БУРЯК

пресс-пост